Ограничения на религиозную одежду и символику в европейских странах

December 20, 2010

В последнее время все больше европейских государств вводят ограничения на ношение религиозной одежды в общественных местах или рассматривают такую возможность. В первую очередь это связано с идущими в Европе спорами об исламских канонах в женской одежде, отражающими напряженность в обществах, которые, сталкиваясь с нарастанием многообразия, мучительно ищут ответы на целый комплекс вопросов, связанных с интеграцией, национальной идентичностью и безопасностью.
Хотя значительная часть предлагаемых и принимаемых мер носит внешне нейтральный характер запрета на ношение любой религиозной одежды или символики, основные дебаты в обществе и государстве идут вокруг разновидностей религиозного «дресс-кода» для женщин-мусульманок: хиджаба — платка, закрывающего волосы, никаба — одежды, закрывающей всю голову и оставляющей только щель для глаз; и бурки, или паранджи, — покрова, скрывающего женщину с головы до ног, включая лицо.
Достоверные и полные данные о том, сколько женщин в Европе полностью скрывают лицо, отсутствуют, но такие случаи явно остаются единичными. Оценки по Франции колеблются в пределах от 700 до 2 тыс.; по Дании — от 150 до 200; по Бельгии — в пределах 300 — 400.
Во Франции закон запрещает государственным служащим, включая преподавателей, открыто носить религиозные символы, а учащимся в государственных школах — демонстрировать свою религиозную принадлежность. Последнее относится, в частности, к мусульманскими головным платкам, сикхским тюрбанам и иудейским шапочкам-кипам. Власти говорят, что запрет распространяется и на «крупные» христианские кресты, но пока он не применялся к «нормальным» крестикам на шее. В Германии восемь из шестнадцати земель законодательно запретили учителям в государственных школах ношение религиозной одежды и открытую демонстрацию религиозной символики, причем из парламентских дебатов и разъяснительных документов явно следует, что главной мишенью этого запрета служит мусульманский головной платок. В двух землях пошли еще дальше, полностью или частично распространив запрет на остальных государственных служащих.
В сентябре 2010 г. французский парламент запретил появление в общественных местах с полностью закрытым лицом. Прямо направленный против паранджи, в октябре этот закон был одобрен Конституционным советом. Теперь принуждение женщины к ношению такого рода покрова наказывается годом тюрьмы и штрафом в 30 тыс. евро. После его вступления в силу в полном объеме весной 2011 г. штрафу до 150 евро будут подвергаться и сами женщины, которых, к тому же, могут принудительно отправить на курсы «гражданственности».
Аналогичный закон в апреле прошел нижнюю палату бельгийского парламента и ожидает одобрения сенатом. В июне испанский сенат специальной резолюцией призвал власти запретить ношение в общественных местах одежды или аксессуаров, полностью скрывающих лицо, сославшись на то, что большинство испанского общества считает паранджу «дискриминирующей, причиняющей вред и противоречащей достоинству женщины и реальному и эффективному равенству между мужчинами и женщинами». Правительство в ответ обещало включить такой запрет в новую редакцию закона о свободе религии. Аналогичные намерения обозначены и в октябрьском соглашении о создании коалиционного правительства в Нидерландах. Аналогичные меры на национальном уровне предлагаются в целом ряде других стран, включая Италию, Великобританию и Данию; на муниципальном уровне в Бельгии, Испании и Италии уже реализуется или обсуждается выполнение этих мер.
В связи с этим возникают довольно непростые вопросы о взаимоотношении различных групп основных прав и свобод, в частности между комплексов прав, связанных со свободой совести и религии, и правами женщин. Встает вопрос и об отношении государства к религии и традициям, в том числе о том, как, когда и где государство вправе ограничивать ношение религиозной одежды и демонстрацию религиозной символики.
Международное право о религиозной одежде и символике
Международные нормы о правах человека гарантируют каждому человеку право на свободу религии, включая свободу публично или в частном порядке исповедовать свои религиозные убеждения посредством отправления религиозного культа, выполнения религиозных предписаний и обрядов, а также учения. С другой стороны, государство обязано обеспечивать неприкосновенность частной жизни, включая право на личную автономию — например, возможность самостоятельно определять, как одеваться дома и в общественных местах. Государство также обязано обеспечивать право на равенство и свободу от дискриминации, в частности по признаку религии или пола. Наконец, государство несет обязательства по защите прав религиозных меньшинств, находящихся в границах его юрисдикции.
Комитет ООН по правам человека разъясняет, что отправление культа включает в себя демонстрацию символики, а выполнение религиозных предписаний и обрядов может включать ношение определенной одежды или головного покрова.
Как и подавляющее большинство других прав, свобода религии и право на личную автономию не являются абсолютными, или безоговорочными. Государство может налагать на их осуществление определенные ограничения, но только при наличии убедительных оснований их необходимости для защиты общественной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или основных прав и свобод других лиц. Такая оговорка предполагает наличие действительно веских оснований.
Правительства, которые пытаются запретить появление в общественных местах в одежде, полностью закрывающей лицо, пока не смогли убедительно обосновать, почему ношение такой одежды настолько опасно, что дает законные основания для его ограничения вплоть до полного запрета. К тому же международное право требует, чтобы любые ограничения свободы религии были недискриминационными и соразмерными. Хотя обсуждаемые и уже действующие запреты носят формально нейтральный характер, никто не скрывает, что они направлены против паранджи, и, соответственно, в большей степени будут сказываться на женщинах-мусульманках. Другими словами, на практике они носят дискриминационный характер.
Некоторые заявленные основания для введения запрета на появление в общественных местах с полностью закрытым лицом могут быть вполне законными (как в случае с необходимостью установления личности или необходимостью оградить женщин от угнетения), однако получаемый на выходе тотальный и публичный запрет, включая санкции в отношении самих женщин, является избыточным. Заявленные законные цели могут быть достигнуты и менее ограничительными средствами, которые частично рассматриваются ниже.
Хьюман Райтс Вотч известно о доводах сторонников запрета, которые говорят, что ислам не санкционирует и не предписывает ношение одежды, полностью скрывающей лицо и тело, и что это, скорее, связано с культурными традициями, имеющими специфическую историко-географическую привязку. Теологические дебаты не входят в круг нашей компетенции. Для нас важно, что не дело государства определять или толковать значение религиозных символов. Решающая роль здесь принадлежит человеку, который сам для себя определяет форму выражения своих религиозных взглядов. Право на свободу мысли, совести и религии распространяется не только на представителей религиозных меньшинств, но и на «раскольников» внутри религиозного большинства и атеистов. Международные нормы о правах человека не позволяют государству ни запрещать, ни навязывать какие-либо определенные религиозные убеждения или формы их выражения.
Позиция международных институтов
Профильные международные институты выступают против ограничений на ношение головного платка и паранджи. Комиссар Совета Европы по правам человека Томас Хаммарберг назвал тотальные запреты паранджи и никаба «безграмотным вторжением в личную жизнь», подчеркнув незыблемость права каждого свободно исповедовать свою религию и не подвергаться дискриминации. Против запретов высказываются генеральный секретарь и Парламентская ассамблея Совета Европы. Комитет ООН по правам ребенка выразил обеспокоенность в связи с тем, что запрет на религиозную символику в школах может противоречить основополагающему принципу приоритета интересов ребенка и праву на образование, призвав французские власти не допускать в школьном образовании случаев отторжения или маргинализации детей в связи с новым законодательством.
Европейский суд по правам человека довольно либерально трактует право властей ограничивать ношение религиозной одежды государственными служащими и в государственных учреждениях. В нескольких случаях суд отказывал заявителям, которые пытались оспаривать запрет на ношение тюрбанов и головных платков учащимися и преподавателями в школах и вузах. В Страсбурге также не нашли ничего предосудительного в недавно введенном во Франции порядке, в соответствии с которым сикх должен снимать тюрбан для фотографии на водительское удостоверение. (Жалоб на ограничение ношения во Франции иудейской кипы суд еще не рассматривал).
Хьюман Райтс Вотч не разделяет позицию ЕСПЧ по этим делам. Мы считаем, что в Страсбурге не отнеслись с должным вниманием к необходимости наличия у государства веских оснований для таких ограничений, к их последствиям для заинтересованных лиц (в том числе для мужчин-сикхов во Франции), а также к дискриминации, которой будут в итоге подвергаться женщины и девочки, носящие головные платки. По многим жалобам суд выносил решение, даже не предложив правительству обосновать те или иные ограничения.
С другой стороны, при рассмотрении жалобы против Турции в феврале 2010 г. Европейский суд по правам человека установил, что тотальные ограничения на появление в общественных местах в религиозной одежде, применяемые к представителям меньшинства, нарушают право последних на свободу религии. Не исключено, что и запрет на появление в общественных местах с полностью закрытым лицом может быть также признан нарушением международных норм о правах человека.
Отношение Хьюман Райтс Вотч к вмешательству государства в вопросы религиозной одежды и символики
По вопросу о том, следует ли в принципе покрывать голову или закрывать лицо, Хьюман Райтс Вотч никакой позиции не занимает. Мы выступаем против политического принуждения: как против требования обязательного ношения хиджаба, никаба или паранджи, так и против тотальных запретов на ношение религиозной одежды. В той мере, насколько это имеет отношение к свободе религии, мы отстаиваем это право точно так же, как и право на свободу выражения мнений: мы выступаем за право свободно выражать мнения, которые кто-то считает противоречащими принципам человеческого достоинства, толерантности и уважения и которые могут кого-то сильнейшим образом задевать. Мы исходим из того, что свобода религии и свобода выражения мнений являются основополагающими в демократическом обществе.
Мы также выступаем против законодательных запретов на ношение религиозной символики государственными служащими в рабочее время, в том числе учителями, если только не доказано, что это прямо мешает им исполнять свои обязанности. Власти могут запретить учителям в государственных школах открытый прозелитизм, но этот вопрос может быть решен дисциплинарными средствами и внутри самого учебного заведения на индивидуальной основе. Разрешение отдельным госслужащим демонстрировать религиозные убеждения через ношение религиозной символики не подразумевает поддержки государством той или иной религии, не подрывает нейтралитета государства в этом вопросе и не мешает служащему в работе. Напротив, это служит наглядной демонстрацией уважения государством религиозного многообразия.
Запрет на ношение одежды, полностью скрывающей лицо, может быть оправданным для определенных профессий, когда доказано, что это мешает исполнению прямых профессиональных обязанностей. Например, мы не стали бы возражать против требования находиться с открытым лицом для государственных служащих, в функции которых входит общение с гражданами, или для учителей в государственных школах. Но здесь речь идет именно о случаях, когда без открытого лица обойтись невозможно. При этом мы вообще не видим законных оснований, чтобы ограничивать ношение религиозной символики, не закрывающей лицо: головного платка, кипы, распятия или тюрбана.
Страны, где женщины обязаны носить хиджаб, никаб или паранджу
Хьюман Райтс Вотч выступает против принуждения женщин к соблюдению религиозных предписаний в одежде, как это имеет место в Ачехе (Индонезия), Саудовской Аравии, Иране, некоторых районах Сомали, секторе Газа, российской Чеченской Республике и в контролируемых талибами районах Афганистана. Мы считаем это нарушением прав женщины на личную автономию и на свободу мысли, совести и религии. Основываясь, в том числе, и на собственной информации, мы исходим из того, что религиозные мотивы в политике и практике государства порой негативно сказываются на правах женщин и что под прикрытием религии женщины и девочки подвергаются насилию и угнетению.
Введение государством запретов или обязательного ношения религиозной одежды и позиция большинства общества
Хьюман Райтс Вотч отвергает ссылки на то, что существующие в некоторых мусульманских и европейских станах те или иные требования по регламентации ношения скрывающей лицо одежды всего лишь отражают преобладающие национальные традиции. Универсальные нормы о правах человека охватывают всех людей и предусматривают особую защиту для представителей меньшинств, нередко — вопреки законам, отражающим ограничительные традиции. Не следует забывать и том, что многие ограничительные законы — как запрещающего, так и предписывающего характера — появились относительно недавно.
В равной мере нас не убеждают и доводы о том, что обязательное ношение закрывающей лицо одежды связано со сложившимися в обществе представлениями о порядочности по аналогии с законами, запрещающими появляться голым в общественных местах. Здесь важно отметить, что последние имеют характер практически универсальных норм, не сопровождаются ущемлением других прав и не способствуют этому, а также не вызывают заметных споров. Напротив, обязательное ношение закрывающей лицо одежды, особенно никаба и паранджи, ассоциируется с серьезными нарушениями прав и свобод. Вопросы цели и смысла этого в разных общинах и странах трактуются по-разному и вызывают ожесточенные споры в самой мусульманской среде.
Не меньшим ущемлением прав женщин являются и ограничения или запреты на появление в обществе в закрывающей лицо одежде. Как и все женщины, мусульманки должны иметь право выбирать одежду по своему усмотрению, равно как и право самостоятельно определять свою жизнь и формы выражения своей веры, идентичности и нравственности.
Паранджа и подчиненное положение женщины
Один из главных аргументов сторонников ограничений или запретов состоит в том, что это способствует раскрепощению женщин, которых принуждают закрывать лицо. Для многих закрытое лицо служит символом угнетения и подчиненности мусульманок. Паранджа ассоциируется в талибами, которые систематически ущемляли основные права и свободы афганских женщин, что привело к самой низкой продолжительности их жизни в регионе и к одному из самых высоких показателей материнской смертности.
Принуждение женщины закрывать лицо относится к числу широкого, с сожалению, набора гендерных нарушений в самых различных религиях, традициях и обществах всего мира. Любое государство обязано искоренять насилие и дискриминацию в отношении женщин в общественной и частной жизни, в том числе посредством надлежащего применения к виновным уголовных санкций.
Однако обобщения в области угнетения женщин чреваты негативными последствиями для одного из основополагающих принципов гендерного равенства: любой человек вправе сам определять свою судьбу и частную жизнь, принимая решения личного характера без вмешательства со стороны государства или других субъектов. Разумеется, есть женщины, которых прямо принуждают закрывать лицо или которые вынуждены делать это против своей воли под давлением мощных общественных стереотипов. С другой стороны, некоторые европейские мусульманки открыто говорят, что закрывают лицо по собственному сознательному выбору, стремясь таким образом выразить свою веру и подчеркнуть свою идентичность. Важно признать, что закрытое лицо может быть личным выбором женщины точно так же, как и другие проявления личной индивидуальности в форме убеждений или поведения, сформированные под влиянием общества, семьи или религии.
Право на личную автономию, составляющее основу прав женщин, понимается как элемент права на неприкосновенность частной жизни, которое гарантируется международными нормами о правах человека. Оно включает в себя право свободного принятия решений исходя из ценностей, убеждений, личных обстоятельств и потребностей человека. Реализация этого права предполагает свободу от принуждения и от незаконных ограничений. Личная автономия также предполагает право выбора для себя такого образа жизни, который в обществе могут посчитать предосудительным или вредным.
На практике трудно представить себе, как ограничительные законы для женщин могут служить интересам их равенства. Во Франции местные нормы и принятый в октябре 2010 общенациональный закон предусматривают для самих женщин целый ряд санкций, включая штрафы, курсы «гражданственности» и исправительные работы. Бельгийский закон, ожидающий окончательного одобрения сенатом, предусматривает для женщины до семи суток ареста.
Наши исследования показывают, что введенный в нескольких германских землях запрет на ношение головного платка для учителей вынудил часть набожных мусульманок (надежная статистика отсутствует) отказаться от выбранной профессии, что негативно сказалось на их независимости, положении в обществе и финансовом благосостоянии. Для тех, кого покрывать голову заставляет семья, блокирование доступа к определенным профессиям не станет защитой от угнетения. Более того, такая регламентация со стороны государства чревата, как представляется, усилением и в частном секторе дискриминации женщин, которые носят хиджаб. Результатом, скорее всего, станет ухудшение социального положения женщины.
Ссылки на раскрепощение женщины не убеждают даже в тех случаях, когда речь идет об одежде, полностью закрывающей лицо. Для женщины, которую заставляют носить ее, запрет на появление в таком виде в общественных местах может обернуться сменой «амбулаторной тюрьмы», как это называют критики, на тюрьму строгого режима, в которую может превратиться ее дом, если родственники вообще запретят ей выходить на улицу с открытым лицом. В этом смысле раскрепощению женщин больше способствовали бы не запреты и штрафы, а распространение в мусульманских общинах стойкого непринятия практики закрытия лица и вообще принуждения женщины к соблюдению жестких предписаний в одежде. Государственное принуждение и санкции против самих жертв не помогут искоренить угнетение. Необходимы разъяснительная работа, обеспечение доступа к социальной поддержке и экономическим возможностям, а также наличие эффективных средств правовой защиты от угнетателей.
Тех же, кто покрывает голову или закрывает лицо по собственной воле, любой запрет неизбежно поставит перед выбором между полноценным участием в жизни общества и исповедованием своей религии.
Ограничение сферы действия запрета государственными учреждениями/общественными объектами и общественным транспортом чревато не менее серьезными последствиями для повседневной жизни женщины, покрывающей голову или закрывающей лицо: самые простые вещи, такие как поездка на автобусе, посещение родительского собрания в школе, подача документов в муниципалитет и даже визит в больницу, неизбежно будут конфликтовать с религиозными убеждениями.
Ситуация с девочками, которые вынуждены одеваться в соответствии с требованиями семьи
Существует определенный конфликт между правом родителей воспитывать детей в соответствии с собственными убеждениями и правом детей на личную автономию, которое, к тому же, усиливается с возрастом. Международные нормы обязывают государство уважать ответственность, права и обязанности родителей в части обеспечения, по мере взросления, надлежащего общего руководства реализацией ребенком его основных прав. При этом разумные люди могут придерживаться, и нередко придерживаются, весьма несхожих взглядов на самые различные стороны воспитания — от духовного образования до режима питания ребенка.
Государство может вмешиваться в решения, принимаемые родителями за детей, только при наличии явной реальной или потенциальной опасности физического или психического вреда для последних. Более того, государство обязано принимать надлежащие меры законодательного, административного, социального и образовательного характера в интересах защиты детей в семьях, где имеют место физическое или психическое насилие, травмы или издевательства, отсутствие заботы, недозволенное обращение или эксплуатация. Важно отметить, что международные нормы обязывают государство принимать все необходимые меры и для защиты детей от дискриминации или жестокого наказания вследствие убеждений их родителей или других членов семьи.
По общему правилу, государство не должно вмешиваться в вопрос о том, вправе ли родители требовать от детей одеваться в соответствии с их собственными религиозными убеждениями, если только такое принуждение не связано с психологическим или физическим давлением. По мере приближения к 18-летнему возрасту ребенок должен пользоваться все более широкой личной автономией, в том числе в выборе одежды.
Хьюман Райтс Вотч придерживается мнения, что тотальные ограничения на ношение учащимися религиозной одежды и символики противоречат международным нормам о правах человека. Такие ограничения чреваты непропорциональными последствиями для религиозных меньшинств и стигматизацией их представителей, а также могут негативно сказываться на праве на образование, в особенности — нередко — для девочек. Любая школа вправе устанавливать общие требования к одежде учеников, однако такие требования должны учитывать особенности религий: ислама, сикхизма, иудаизма, христианства и др. Индивидуальные ограничения можно признать оправданными в том случае, когда администрация в состоянии доказать, что та или иная конкретная одежда, в том числе и полностью закрывающая лицо, мешает ребенку нормально учиться или принимать полноценное участие в жизни школы. В такой ситуации ограничение может быть обосновано защитой интересов ребенка.
В равной мере законы, обязывающие девочек находиться в школе с покрытой головой или закрывать лицо, нарушают международно-правовые нормы, требующие от государства уважать право родителей воспитывать детей в соответствии с собственными убеждениями и право ребенка на личную автономию, а также избегать принуждения в вопросах религии.
Запрет на ношение паранджи и никаба по соображениям безопасности
Тотальный запрет на ношение мусульманской одежды, полностью закрывающей лицо, является неадекватной реакцией на возникающую в ряде ситуаций законную и узкую необходимость установления личности. Контроль в аэропорту, увод ребенка из школы, общение с официальными лицами, обналичивание чека — это наглядные примеры случаев, когда человек должен подтвердить свою личность. Можно обойтись принятием достаточных, но деликатных мер, которые позволили бы устанавливать личность без ущерба для свободы вероисповедания. В упомянутых выше ситуациях женщину могли бы отвести в сторону для проверки женщиной же — охранником, учителем, должностным лицом или сотрудником банка. Виды религиозной одежды, не мешающие установлению личности, такие как хиджаб или сикхский тюрбан, вообще не должны подлежать ограничениям по соображениям безопасности.
Некоторые сторонники тотальных запретов ссылаются на необходимость поддержания общественного порядка и на существование в некоторых странах законов, запрещающих ношение масок в общественных местах за исключением особо оговоренных случаев (например, карнавалов). Нет никаких фактов, которые убедительно указывали бы на то, что никаб или паранджа представляют более серьезную угрозу общественному порядку, чем другие виды одежды, закрывающие лицо или его часть, такие как хирургическая маска, широко употребляемая для защиты от инфекций в общественных местах, или зимние головные уборы. Здесь можно также отметить, что за соблюдением существующих запретов на ношение масок в общественных местах на практике следят редко, если только речь не идет, скажем, о политической демонстрации. Наконец, такие запреты едва ли окажут сдерживающее воздействие на человека, решившегося на преступление, поскольку есть еще масса других способов, чтобы остаться неузнанным.
Запрет на ношение религиозной одежды и символики и принцип секуляризма
Международные нормы о правах человека обязывают государство не допускать дискриминации по религиозному признаку. Это означает, что в вопросах религии государство должно сохранять нейтралитет, выступая важным гарантом религиозной свободы. В некоторых странах Европы нейтралитет государства означает, что государственные институты должны воздерживаться от навязывания какой-либо конкретной группы религиозных взглядов, одновременно обеспечивая свободу выражения религиозных убеждений. Однако агрессивный секуляризм, когда государство пытается воспрепятствовать индивидуальным религиозным проявлениям, в том числе запрещая ношение в общественных местах одежды, ассоциируемой с той или иной религией, скорее подрывает принцип нейтралитета.
Существует четкое различие между институциональной демонстрацией религиозных символов, которая может быть воспринята как религиозная пропаганда, и индивидуальным проявлением личных религиозных взглядов государственными служащими.
http://www.hrw.org/en/news/2010/12/21-0